— Я обязательно, ты слышишь? Я обязательно, — сказал Медвежонок. Ежик кивнул. — Я обязательно приду к тебе, что бы ни случилось. Я буду возле тебя всегда. Ежик глядел на Медвежонка тихими глазами и молчал. — Ну что ты молчишь? — Я верю, — сказал Ежик
На меня навалилась дикая тоска.. Хочется прийти, упасть на диван, проспать 100 лет и проснуться от поцелуя. Но вместо этого я завариваю в чай с мятой, шью медведя из старой бабушкиной юбки и читаю книгу про четырех психов. Впереди солнечная Италия... И два наших отражения в воде узких каналов Венеции с переплетенными подтяжками... Купите мне соломенную шляпку, господа!
Есть такие города в которые возвращаешься как в родной дом... И есть уже такой дом...который мы купим в таком городе... и в котором я поселю свое сердце...
У этой зимы имя твое и твои глаза, Северный ветер ищет по городу самые снежные крыши, Толкает в спину, иди! И я ускользаю за – За зеркало, как Алиса! И падаю вниз, все выше и выше.
Здесь, в Зазеркалье, ты носишь имя этой зимы, Тебе к лицу ее доспехи и белая-белая шуба. Там, по льду озера, скользим на коньках невесомые мы, В первый раз я вижу так близко ресницы твои и губы.
С горки! С разбега! Дальше и дальше, прочь от тебя! Что же мне делать? Я остаюсь все на том же сказочном месте! Но как же громко здесь королевские трубы трубят, Что мы скажем ее величеству, когда нас увидят вместе?
Ты можешь сыграть ей на флейте, а я почитаю стихи, Она все равно не умеет слушать и потеряет терпенье, А мы, подхваченные влеченьем необъяснимых стихий, Уедем поездом в самый красивый пункт моего назначенья.
Главное, не уснуть надолго в том волшебном лесу, Где все забывают свои имена и теряют память. Я помню, никто из нас не должен выпить росу Из тех ароматных цветков, что прорастут между нами.
Я обещала вернуться, спустившись на самый верх. Ничего не останется после прощанья: ни перчатки, ни снимка. Меня ждет под дверью котенок Кити. Тебя - триумф и успех. Ты ускользаешь по глади зеркала и исчезаешь в дымке.